Михаил Круглов: «Заказчики перестали покупать 'мегапиксели' и научились мыслить категориями бизнес-процессов»

4 часа назад

© Фото:«Лидер-Групп», Михаил Круглов

Рынок видеонаблюдения в России в последние годы проходит трансформацию: заказчики перешли от закупки оборудования по техническим характеристикам к оценке бизнес-процессов и финансово-экономических моделей. В интервью журналу RUБЕЖ Михаил Круглов, основатель и генеральный директор инженерного холдинга «Лидер-Групп», анализирует ключевые вызовы  в требованиях заказчиков за последние годы, оценивает перспективы рынка видеоаналитики и новых технологий, а также рассказывает о типичных проблемах при модернизации региональных систем видеонаблюдения и приоритетах инвестирования в инфраструктуру.

RUБЕЖ: Как за последние три года изменились требования заказчиков к системам видеонаблюдения?

М. Круглов: За последние три года требования российских заказчиков к системам видеонаблюдения претерпели принципиальные изменения. 

Клиенты явно перешли только от технических характеристик оборудования систем видеонаблюдения (разрешение, светочувствительность, фокусное расстояние) к комплексному подходу, в котором на первом месте стали выступать бизнес-процессы, снижение материальных рисков, единые платформенные системы с видеоаналитикой интегрируемые со СКУД, СОУЭ и других систем безопасности. В первую очередь людей стали интересовать ФОМ (финансово экономическая модель) внедрения систем видеонаблюдения.

Приведу понятный пример: сначала администрация города выбирает места платных парковок для городских целей, разрабатывает ФОМ исходя из тарификации, прорабатывает ТЗ проектирование и интеграцию с городскими службами. О моделях камер и характеристиках заказчик начинает думать в лучшем случае на этапе проектных работ. Люди научились мыслить категориями бизнес-процессов и экономической целесообразности, особенно в кризисные годы и перестали покупать только лишь «мегапиксели» и «чтобы видно было».  Камеры видеонаблюдения — это лишь глаза огромного организма — муниципальных служб и инфраструктуры города.

RUБЕЖ: Какие задачи сегодня чаще всего ставят перед видеоаналитикой региональные и муниципальные заказчики?

М. Круглов: В первую очередь это цели, связанные с городскими и государственными службами — обеспечение общественной безопасности и правопорядка. Популяризация машинного зрения позволяет ещё быстрее выявлять задымления, возгорания, драки, контролировать дорожный трафик, ДТП, ЧП, подозрительные вещи и, конечно же, поиск пропавших людей и розыск подозреваемых. Сюда же можно отнести контроль строящихся крупных объектов

RUБЕЖ: Насколько вырос спрос именно на аналитические сервисы в системах видеонаблюдения по сравнению с классическим наблюдением? 

М. Круглов: По итогам 2025 года объём сегмента видеоаналитики в России достиг 9,4 млрд рублей. Для сравнения, четырьмя годами ранее этот показатель составлял около 4 млрд рублей. Таким образом, рынок аналитических сервисов вырос более чем в два раза за короткий срок. Прогнозы указывают на дальнейший бурный рост: ожидается, что к 2030 году рынок видеоаналитики может утроиться и достичь 31 млрд рублей.

RUБЕЖ: Кто в цепочке создания стоимости рынка систем видеоаналитики сегодня получает наибольшую выгоду от развития видеоаналитики и ИИ?

М. Круглов: Отличный вопрос, но в этом уравнении много переменных. Могу предположить, ввиду разных моделей бизнесов, с неодинаковыми финмоделями (интеграторы, поставщики, разработчики ПО и остальные причастные) в первую очередь заработают производители лицензий на ПО для видеоаналитики и системные интеграторы. 

RUБЕЖ: Какие технологии сегодня действительно меняют рынок видеонаблюдения?

М. Круглов: Основным драйвером на мой взгляд является ИИ — это уже не просто очередной модный термин, а важный, реально работающий программный аналитический инструмент. Клиенты качественно уловили тренд и развили комплексное видение бизнес-процессов и понимание роли систем видеонаблюдения. На рынке ПО для видеоаналитики образовалось множество новых команд, активно конкурирующих между собой. А конкуренция — отличный катализатор разработки и доработок новых ИИ решений.
RUБЕЖ: Какие преимущества и ограничения возникают при использовании Edge-аналитики на практике?

М. Круглов: Edge-аналитика, или обработка видео непосредственно на борту камеры, действительно меняет архитектуру систем видеонаблюдения. Это смена парадигмы, которая приносит как значительные преимущества, так и накладывает определённые ограничения. Из преимуществ выделю — снижение нагрузки на сеть и хранилище, минимальное время реакции на событие, автономная работа. Но есть и существенные минусы — значительное удорожание (в два или три раза), ограниченная вычислительная мощность, при увеличенном энергопотреблении, критично для PoE систем, сложность обновления ПО (нужно обновлять всю систему) и невозможность интеграции своих моделей. Тем не менее данная технология ещё будет развиваться и займёт плотно свою нишу.
RUБЕЖ: Изменилось ли отношение заказчиков к технологиям распознавания лиц, автомобильных номеров и другим биометрическим инструментам?

М. Круглов: Однозначно, да. Меня очень радует развитие широты мышления заказчиков, их искренний интерес к новым технологиям, желание качественно разобраться в том, что интегрируем, как это работает, как в дальнейшем поддерживать и обслуживать. Новые возможности распознавания лиц, номеров автомобилей и т. д. стали обычными темами для разговоров и нашей новой технологичной реальности, в которую мы все на большой скорости входим и в тренде будут самые активные и адаптивные игроки рынка.

RUБЕЖ: Какая проблема сегодня сильнее всего тормозит развитие рынка интеллектуального видеонаблюдения в России?

М. Круглов: На мой взгляд, это экономическая обстановка, в которой мы находимся. Клиенты сильно урезают бюджеты или вообще закрываются, но остаётся крупный сегмент госзаказчиков. Рынок несмотря на рост, соблюдает взвешенный подход к затратам на будущие системы, при сохранении интереса к ИИ и аналитике. 

RUБЕЖ: Какие проблемы чаще всего возникают при модернизации региональных систем видеонаблюдения? Насколько существующая инфраструктура готова к внедрению современных аналитических инструментов и ИИ-сервисов?

М. Круглов: Основные слабые моменты очевидны и легко перечистить: 

1. Устаревшие системы хранения данных
2. Аналоговые системы всё ещё повсеместно используются в нашей стране. Их можно использовать , но они не отвечают исчерпывающе требованиям современного города.
3. Кабельные трассы ввиду износа и повреждений годами не меняются и подлежат рано или поздно полной замене, что достаточно дорого. Зачастую они состоят из аналоговых RG/РК.

RUБЕЖ: Может ли модернизация существующей инфраструктуры оказаться более рациональным решением, чем её полная замена? В каких случаях без полной модернизации уже не обойтись?

М. Круглов: Зависит от возраста действующей инфраструктуры и качества ее эксплуатации. Древние запущенные системы проще сегментарно демонтировать и заменять на новые, заранее поднимая серверную часть и СХД( системы хранения данных). Поэтапная модернизация позволит минимизировать простои.

RUБЕЖ: Какие факторы сейчас сильнее всего влияют на выбор оборудования и платформ: стоимость владения, совместимость, отказоустойчивость, требования регуляторов или технологическая независимость?

М. Круглов: На мой взгляд, требования регуляторов на уровне жестких рамок ТЗ, тренд на импортозамещение являются самыми важными критериями принятия решений.

RUБЕЖ: Как изменилось отношение регионов к проектам «Безопасного города» за последние годы? Какие результаты власти хотят получить от систем видеонаблюдения в первую очередь?

М. Круглов: В первую очередь, в условиях в которых мы находимся — это использование “БГ” для силовых структур — оперативно-разыскных мероприятий, контроля гражданского и автомобильного трафика, с целью выявления диверсантов и прочих вражеских агентов. Цели изменились, а функционал не претерпел существенных изменений. Тут речь скорее про совершенствование (обкатку) уже существующего функционала БГ и непосредственно тенденция к масштабированию.

RUБЕЖ: Если бы региону пришлось выбирать только одно направление инвестиций — новые камеры, видеоаналитику или модернизацию инфраструктуры, — что принесло бы наибольший эффект и почему?

М. Круглов: Модернизация инфраструктуры — это основа для внедрения нового ПО с ИИ, т.к. требует вычислительных мощностей, объёмных и быстрых систем хранения данных и конечно же непосредственно оконечных устройств, в том числе камер.

Читайте также: Михаил Круглов: «Развитие „Умного города“ в регионах сдерживают организационные и управленческие вопросы»