Анастасия Кашина: «Культура безопасности не равна соблюдению работниками требований безопасности»

2 часа назад

Каждый шестой работающий россиянин признался в нарушении требований безопасности на рабочем месте. Согласно исследованию сервиса SuperJob, 16% опрошенных хотя бы раз нарушали установленные правила, из них 6% неоднократно. Среди причин такого поведения работники называют нехватку оборудования и персонала, авралы, дефицит времени и недостаточный контроль.

Однако фактический масштаб нарушений может быть значительно выше, а ответственность за них не всегда лежит исключительно на сотрудниках. Почему даже прошедшие обучение работники продолжают пренебрегать требованиями безопасности? Как отличить сознательное нарушение от ошибок в организации труда? Могут ли видеонаблюдение и видеоаналитика изменить ситуацию?

Об этом журнал RUБЕЖ поговорил с Анастасией Кашиной, экспертом по охране труда и руководителем аутсорсинговой компании.

- Как вы оцениваете результаты опроса SuperJob, согласно которому каждый шестой работающий россиянин признался в нарушении правил техники безопасности? Можно ли считать этот показатель тревожным?

Анастасия Кашина: Я бы не стала оценивать этот показатель исключительно с позиции того, много это или мало. Для меня гораздо важнее причины, по которым работники допускают нарушения.

Сам по себе факт, что 16% опрошенных признались в нарушении требований безопасности, уже заслуживает внимания. Причем 6% сообщили, что нарушали их неоднократно. Это повод задуматься, насколько эффективно выстроены процессы охраны труда в организациях.

При этом нельзя автоматически делать вывод, что каждый шестой работник безответственно относится к собственной безопасности. Нарушение может быть осознанным выбором человека, а может быть следствием того, как организована его работа.

Поэтому для меня важнее не то, сколько работников нарушают требования, а то, почему система управления охраной труда вообще допускает возникновение таких ситуаций и насколько эффективно на них реагирует.

- Насколько признания работников отражают реальный уровень нарушений на предприятиях? Можно ли предположить, что фактическое число нарушений выше?

Анастасия Кашина: Я практически уверена, что фактическое количество нарушений выше. И, скорее всего, результаты опроса отражают субъективную оценку работников, а не объективную картину состояния системы управления охраной труда в организациях.

Во-первых, не каждый работник готов признаться в нарушении, даже при анонимном опросе.

Во-вторых, некоторые действия настолько вошли в привычку, что работники уже не воспринимают их как нарушения. Например, выполнение работы без необходимых средств защиты, использование неисправного инструмента или выполнение работ по установленной технологии (хотя она нарушает требования безопасности), потому что «мы всегда так делали».

В ходе аудитов можно обнаружить нарушения, о которых работники даже не подозревают, потому что их изначально не обучили или организовали выполнение работ с нарушением требований.

Поэтому я бы не стала воспринимать 16% как реальный показатель. Это показатель признанных нарушений, но никак не полная картина.

- Участники опроса среди причин нарушений назвали нехватку оборудования и персонала, авралы, дефицит времени и отсутствие контроля. Какие из этих факторов наиболее критичны и что они говорят об организации безопасности на предприятиях?

Анастасия Кашина: Я бы не стала выделять какой-то один, потому что проблема зачастую гораздо глубже, чем просто нехватка оборудования, времени или контроля.

Безусловно, многое зависит от того, как работодатель организовал рабочие процессы. Если работнику ставят задачу, но не обеспечивают его необходимыми ресурсами или временем для ее безопасного выполнения, создаются условия, при которых работник может выполнить работу с нарушениями.

Но я бы обратила внимание еще на один момент, о котором, на мой взгляд, говорят недостаточно. Это мышление самих работников и руководителей, их отношение к собственной безопасности и безопасности окружающих.

Недавно под одним видео в соцсети (в котором показывали переключения в электроустановках с нарушением правил по охране труда) я прочитала комментарий автора: «Многомиллионное оборудование важнее, чем "правила"». Я это читаю так: оборудование важнее, чем жизнь!

И ведь вполне возможно, что подобным образом рассуждают многие работники. Кто-то боится потерять работу, кто-то считает, что главное — выполнить задание, кто-то уверен, что с ним ничего не случится.

Причем такие установки могут быть не только у работников, но и у непосредственных руководителей.

И вот здесь возникает вопрос: а насколько мы вообще понимаем, чем руководствуются работники, когда принимают решение нарушить требования безопасности?

Можно разработать инструкции, провести обучение, организовать контроль, обеспечить работников всем необходимым. Но если у человека сформировалось убеждение, что выполнение работы важнее его собственной безопасности, он может сознательно идти на риск.

Именно поэтому я считаю, что работать нужно и с мышлением работников.

При этом нельзя забывать, что отношение работников к безопасности во многом формируется внутри самой организации. Если руководство годами демонстрирует, что главное — выполнить план любой ценой, не стоит удивляться, что работники начинают придерживаться такой же позиции.

То есть нужно понимать, как на самом деле принимаются решения на рабочих местах, что работники считают допустимым и какую позицию занимает руководство.

Поэтому нужен не просто контроль, нужно формировать такую культуру безопасности, при которой сохранение жизни и здоровья действительно становится приоритетом — не на бумаге, а в ежедневных решениях и действиях работников и руководителей.

- Как отличить нарушение по вине работника от ситуации, когда сама организация труда подталкивает его к опасным действиям?

Анастасия Кашина: На мой взгляд, здесь нужно не ограничиваться установлением самого факта нарушения, а разобраться в причинах, по которым оно произошло.

В работе я неоднократно сталкивалась с ситуациями, когда причины нарушений сводятся к поиску виноватых.

Виноватого нашли, а вот почему он нарушил требования, никто толком не разобрался.

Почему работник нарушил инструкцию/правила? Может быть, они не соответствуют фактическим условиям работы? Или ему не выдали СИЗ? Руководитель требовал выполнить работу быстрее? А может, обучение было проведено формально и работник просто не понимал, как правильно и безопасно действовать?

Кстати, есть известная техника «5 почему», которая помогает добраться до коренной причины происшествия.

Ведь одно дело, когда работодатель создал все необходимые условия для безопасной работы, обучил работника, обеспечил оборудованием и средствами защиты, а человек сознательно нарушает установленные требования. И совсем другое — когда сама организация труда фактически подталкивает его к нарушениям.

Причем для объективной оценки недостаточно изучить документы. Нужно разговаривать с работниками, их непосредственными руководителями, анализировать то, как в действительности организовано выполнение работ.

И здесь я бы еще обратила внимание на отношение руководства к нарушениям. Если непосредственный руководитель регулярно видит, что работники нарушают (если еще он сам видит эти нарушения), но не принимает мер, можно ли считать это исключительно проблемой работников?

Конечно, работник обязан соблюдать требования охраны труда и несет ответственность за свои действия. Но это не снимает с работодателя обязанности создавать безопасные условия труда.

Поэтому я считаю важным не просто установить, кто нарушил, а понять, почему нарушение стало возможным.

Найти виноватого — самое простое. Но если не устранить коренную причину, завтра аналогичное нарушение может допустить уже другой человек. И последствия могут оказаться гораздо серьезнее.

- Можно ли по результатам опроса судить об уровне культуры безопасности в российских компаниях? Какие дополнительные показатели необходимо учитывать?

Анастасия Кашина:  Опрос позволяет увидеть определенные проблемы, но делать на его основании вывод об уровне культуры безопасности во всех российских компаниях было бы неправильно.

Культура безопасности — гораздо более широкое понятие, чем соблюдение работниками требований безопасности. Она проявляется прежде всего в том, какие решения принимаются внутри компании и какое место безопасность занимает в рабочих процессах.

Например, что сделает руководитель, если работник остановит выполнение задания из-за опасных условий? Поддержит его или обвинит в срыве плана? Как организация реагирует на выявленные нарушения? Пытается разобраться в причинах или ограничивается наказанием? Сообщают ли работники о потенциально опасных ситуациях или предпочитают молчать, опасаясь последствий?

Я бы оценивала культуру безопасности в том числе по этим признакам. Дополнительно необходимо анализировать результаты внутренних/внешних аудитов, расследований несчастных случаев, повторяемость нарушений, сообщения о потенциально опасных происшествиях, своевременность устранения выявленных недостатков и вовлеченность руководителей. Причем важен не просто факт наличия этих процессов, а их результативность.

Для меня один из главных показателей культуры безопасности — ситуация, когда работник может открыто сообщить об опасности, а руководство воспринимает это не как проблему, а как возможность предупредить происшествие.

- Почему регулярные инструктажи, проверка знаний и наличие инструкций не всегда приводят к соблюдению требований на практике?

Анастасия Кашина: Потому что между знанием требований и их фактическим соблюдением существует огромная разница. Можно прекрасно пройти проверку знаний, правильно ответить на все вопросы, расписаться в журнале инструктажей, но при этом продолжать работать небезопасно.

В своей практике я регулярно обращаю внимание именно на этот разрыв между документами и реальными действиями работников. Очень часто работодатели оценивают процесс обучения по формальным показателям: на всех ли оформлены протоколы проверки знания, все ли расписались за инструктажи, оформлены ли необходимые приказы. Но гораздо реже задают другой вопрос: а проведено ли обучение и инструктаж фактически? Понял ли работник эти требования безопасности? Умеет ли он распознавать опасности? Может ли правильно действовать в нестандартной ситуации? Способен ли применить полученные знания непосредственно на рабочем месте?

Даже качественное обучение не будет давать ожидаемого результата, если сама организация рабочих процессов противоречит тому, чему человека учили. Поэтому обучение нельзя рассматривать как самостоятельную меру, которая решит все проблемы безопасности. Оно должно быть частью работающей системы управления охраной труда.

- Какие форматы обучения лучше помогают сформировать устойчивые навыки безопасного поведения: разбор реальных происшествий, практические тренировки, наставничество или обучение на рабочем месте?

Анастасия Кашина: Я бы не стала выделять какой-то один формат. Наиболее эффективен комплексный подход, причем содержание и методы обучения должны соответствовать реальным условиям и рискам на рабочих местах. Разбор происшествий помогает работнику увидеть возможные последствия неправильных действий. Но важно не превращать такой разбор в демонстрацию страшных фотографий и видеороликов.

Необходимо объяснять причинно-следственную связь: что именно произошло, что сделано неверно, какие действия могли предотвратить происшествие.

Практические тренировки позволяют отработать конкретные действия. Наставничество помогает адаптироваться и научиться самостоятельно решать задачи. При этом я считаю особенно эффективным обучение на реальном рабочем месте или в подобных условиях, когда работник не просто слушает теорию, а показывает, как он будет выполнять свою работу безопасно. И не стоит забывать, что после завершения обучения необходимо провести проверку знания, в том числе как работник будет их применять на практике. Научить работника правильно отвечать на вопросы теста и научить его безопасно работать — не одно и то же.

- Насколько эффективны видеонаблюдение, видеоаналитика, датчики контроля опасных зон и другие цифровые решения для предупреждения нарушений? Какие у них ограничения?

Анастасия Кашина: Я положительно отношусь к цифровым решениям в охране труда, но только тогда, когда они действительно помогают управлять профессиональными рисками, а не внедряются исключительно ради цифровизации.

Например, видеоаналитика может выявлять нахождение работников в опасных зонах, отсутствие определенных средств индивидуальной защиты или отдельные нарушения установленного порядка выполнения работ. Датчики и автоматические блокировки позволяют в определенных случаях непосредственно предотвращать воздействие опасного фактора. Однако здесь важно понимать ограничения.

Во-первых, далеко не каждое нарушение можно выявить с помощью камеры или датчика. Система может зафиксировать отсутствие каски, но не определить, правильно ли организован сам рабочий процесс.

Во-вторых, цифровые решения могут давать ложные срабатывания или, наоборот, пропускать нарушения. Поэтому нельзя полностью исключать человеческий контроль и проверку достоверности полученной информации.

И еще один момент. Допустим, система выявила десятки нарушений за смену. Что дальше? Если информация просто накапливается в отчетах, а причины нарушений не устраняются, эффективность такого решения будет весьма сомнительной. Цифровизация должна помогать предупреждать опасные ситуации, а не только фиксировать, кто, где и когда нарушил требования.

И конечно, никакая видеоаналитика не заменит грамотную организацию рабочих процессов, исправное оборудование, эффективное обучение и вовлеченность руководства в вопросы безопасности.

Читайте также на сайте журнала RUБЕЖ: Захар Кондрашов: «Мы не строим “Скайнет” - мы воплощаем детские мечты»: почему суверенная микроэлектроника не терпит суеты.