Константин Агуреев: «VR-тренажер должен стать рабочим инструментом профилактики детского травматизма»

1 час назад

© Лаборатория дорожной культуры Урбантех

16 октября в Бауманской инженерной школе № 1580 прошел открытый урок по правилам дорожного движения (ПДД), на котором третьеклассники использовали VR-тренажер для детей «Мир безопасных дорог» при подготовке к Всероссийской онлайн-олимпиаде «Безопасные дороги». Обучающий комплекс разработан Минтрансом Подмосковья в партнерстве с «Лабораторией дорожной культуры Урбантех».

Это первый в России тренажер для профилактики детского дорожно-транспортного травматизма, созданный как полноценный обучающий комплекс с элементами геймификации, который состоит из 15 очков виртуальной реальности, 30 контроллеров, ноутбук-сервера для сбора и анализа данных и система трансляции. В Подмосковье проект запущен с мая 2026 года, занятия прошли уже около 4 000 школьников.

О том, какие модели VR-шлемов используются и как измеряется эффективность обучения, журнал RUБЕЖ поговорил с Константином Агуреевым, руководителем социального проекта «Лаборатория дорожной культуры Урбантех».

Как работает VR-тренажер для обучения детей ПДД

— Какие конкретно модели VR-шлемов и контроллеров используются в комплекте? Чем обусловлен их выбор — стоимостью, доступностью запчастей, эргономикой для детей 8–12 лет?

— Программное обеспечение тренажера «Мир безопасных дорог» изначально разрабатывалось для шлемов Pico 4 Ultra. При выборе оборудования мы ориентировались прежде всего на производительность и качество изображения. Более высокое разрешение экранов позволяет сделать виртуальную среду детализированной, а работу тренажера — стабильной.

Не менее важна простота настройки. Для школьного проекта оборудование должно быть удобным в повседневном использовании, без сложной технической подготовки перед каждым занятием. К примеру, некоторые другие VR-шлемы иностранного производства сегодня сложнее настраивать и обслуживать из-за санкционных ограничений, поэтому мы учитывали и этот аспект.

— Какие требования предъявляются к помещению для занятий? Нужна ли отдельная серверная или достаточно обычного класса?

— Мы изначально ставили задачу встроить VR-тренажер в привычный школьный процесс, а не создавать для него отдельную инфраструктуру. Поэтому для занятия достаточно обычного класса. Более того, летом мы проводили уроки и на открытом воздухе в детских лагерях.

Автономной работы шлема хватает до трех часов, этого достаточно для нескольких занятий подряд. Перед занятием мы заранее подготавливаем и заряжаем оборудование, а также обеспечиваем его гигиеническую обработку. Для этого предусмотрена специальная мобильная тележка, в которой шлемы хранятся и заряжаются, а встроенные бактерицидные лампы с ультрафиолетовым излучением используются для обработки оборудования. 

Тележку удобно перевозить и подключать к электропитанию. По сути, все сделано так, чтобы школа могла провести занятие без сложной технической подготовки и без дополнительной нагрузки на учителей.

Как виртуальная реальность помогает школьникам изучать правила дорожного движения

— Какие метрики, данные о действиях ребенка собирает система? Это обезличенная статистика или персонализированные записи с идентификацией? Можно ли увидеть динамику по конкретному ученику или только по классу в целом?

— Вместе с тренажером мы разработали административную панель для учителей, к которой подключается оборудование. Каждый VR-шлем имеет собственный идентификационный номер. На занятии за конкретным учеником закрепляется определенное устройство, благодаря чему после урока педагог может посмотреть, какие действия выполнял ребенок и где допустил ошибки.

Это позволяет перейти от общего объяснения правил к адресной работе. Если ученик затрудняется на определенном участке виртуального маршрута, учитель может повторно запустить соответствующий сценарий. Например, предложить еще раз пройти путь от дома до школы и отработать ситуации, в которых возникли сложности.

— Возможна ли адаптация виртуальной среды под конкретный регион силами самой школы или заказчика? Например, замена автобусов, остановок, зданий на местные аналоги? Планируется ли выход на федеральный уровень?

— Да, тренажер можно адаптировать под региональные особенности. В виртуальной среде возможно менять элементы городской и транспортной инфраструктуры, добавлять характерные для конкретной территории объекты, разрабатывать новые задания и сценарии.

Это важно, потому что ребенок лучше воспринимает обучение, когда видит знакомую среду. Если виртуальный маршрут похож на реальный путь до школы, образовательный эффект становится сильнее. 

В Подмосковье проектом уже охвачено более 4 тыс. школьников. Проведенный для столичных учеников урок стал следующим шагом в развитии этой практики. Наша цель — масштабировать проект на другие регионы в партнерстве с профильными ведомствами, адаптируя тренажер к региональным условиям.

— Какие модели финансирования предусмотрены: централизованная закупка регионом, софинансирование школы, партнерство с бизнесом?

Создание проекта и проведение занятий реализуются в рамках социального проекта «Лаборатория дорожной культуры Урбантех» на безвозмездной основе. Сам тренажер разработан в партнерстве с Минтрансом Московской области. В дальнейшем для других регионов мы рассматриваем модель партнерства с профильными ведомствами, которые отвечают за пропаганду безопасности дорожного движения.

В таком формате возможна адаптация тренажера под региональные особенности, задачи и инфраструктуру. Для нас принципиально, чтобы проект оставался не просто технологическим продуктом, а рабочим инструментом профилактики детского дорожно-транспортного травматизма. 

— Есть ли программа поддержки для школ, у которых нет собственного VR-оборудования? Предоставляете ли вы комплект в аренду или в лизинг?

Для школ, у которых нет собственного VR-оборудования, мы используем мобильный комплекс из 16 шлемов. С ним наша команда выезжает в образовательные учреждения Подмосковья. Школам, располагающим собственным VR-оборудованием, программное обеспечение передается бесплатно.

При выборе площадок мы учитываем ситуацию с детской аварийностью. Если в муниципалитете растет число ДТП, например, с участием детей-пешеходов, школы этой территории становятся приоритетными для проведения занятий.

Эффективность VR-тренажера в профилактике детского травматизма

— Как измеряется эффективность тренажера? Есть ли данные по снижению числа ДТП с участием детей в Подмосковье с момента запуска?

— Эффективность профилактических проектов сложно оценивать по одному показателю. Снижение аварийности зависит от целого комплекса факторов: работы с детьми и водителями, организации дорожного движения, развития инфраструктуры и других мер безопасности. Поэтому было бы некорректно напрямую связывать изменение статистики только с внедрением VR-тренажера. 

При этом в Московской области за девять месяцев 2026 года в ДТП погибли 18 детей против 25 за аналогичный период прошлого года. Количество ДТП с участием подростков до 16 лет сократилось до 336 случаев, число пострадавших — до 355 против 385 годом ранее. Для нас эти данные подтверждают значимость системной профилактической работы. VR-тренажер — один из инструментов этой работы. Его задача — сформировать у ребенка устойчивый навык безопасного поведения на дороге до того, как он столкнется с опасной ситуацией в реальности.

— Требуется ли дополнительное обучение для учителей и технических специалистов? Сколько времени занимает подготовка?

— Мы подготовили специальные методические рекомендации для учителей. В них подробно описаны и технические, и организационные аспекты проведения урока с использованием VR-тренажера.

Сама подготовка к занятию занимает минимум времени. Представители «Лаборатории дорожной культуры Урбантех» заранее готовят оборудование, заряжают и настраивают шлемы. Учителю, по сути, нужно только организовать работу класса.

Мы стремились сделать решение максимально понятным для школы: без сложной настройки, без необходимости в отдельном техническом специалисте и без нарушения привычной логики урока.

Ранее Владимир Баженов, заместитель генерального директора ГКУ ЦОДД Правительства Москвы, в интервью RUБЕЖ рассказал, как система видеоаналитики столицы перешла от расширения покрытия к совершенствованию алгоритмов, почему при выборе новых сценариев распознавания приоритет отдается влиянию на безопасность, а не технологической эффектности, и как нейросети меняют управление дорожным движением.