Михаил Круглов: «Развитие „Умного города“ в регионах сдерживают организационные и управленческие вопросы»

2 часа назад

© Фото: «Лидер Групп»

Михаил Круглов
Основатель и генеральный директор «Лидер Групп»

Платформа «Умный город» активно масштабируется в российских регионах. При внедрении компании часто сталкиваются с проблемами — разрозненной архитектурой, ошибками на этапе закупок, нехваткой компетенции у заказчиков и сложностями с обеспечением информационной безопасности. В этой ситуации особенно интересен практический опыт реализованных проектов и понимание того, какие решения дают реальный эффект, а какие приводят к затягиванию сроков и росту затрат.

В интервью журналу RUБЕЖ Михаил Круглов, основатель и генеральный директор инженерного Холдинга«Лидер-Групп», подробно разбирает концепцию «Умного города» для рынка интеграторов систем автоматизации и безопасности. Эксперт рассказал реальные кейсы российских проектов, перечислил типичные ошибки внедрения и дал краткие рекомендации тем регионам, которые только приступают к запуску системы.

Централизованная архитектура, экономика и метрики эффективности

RUБЕЖ: Как по вашему мнению сегодня должна выглядеть эталонная архитектура безопасности умного города?

М. Круглов: Архитектура систем безопасности умного города, на мой взгляд, должна быть централизованной. В случае больших распределённых систем с локальными контурами или множественных объединений автономных решений значительно увеличивается время реагирования и снижается эффективность обработки и детекции событий. Поэтому я сторонник централизованной модели и высокой скорости внутрисистемных операционных действий.

RUБЕЖ: Как вы позиционируете роль «Лидер Групп» в экосистеме «умного города»?

М. Круглов: Мы интегратор полного цикла: выполняем проектные работы, интеграцию, а также техническое обслуживание и эксплуатацию систем безопасности. В экосистеме «Умного города» мы участвуем как на концептуальном этапе — начиная с формирования технического задания на проектирование, — так и на последующих стадиях реализации.

Ключевой компетенцией в этой сфере, на мой взгляд, является накопленный опыт работы на крупных и средних проектах. Концепция умного или безопасного города, особенно если говорить о видеоаналитике, фактически строится на совокупности практического опыта, полученного при реализации предыдущих систем.

RUБЕЖ: Какой метрикой вы измеряете успех внедрения систем «Умного города»?

М. Круглов: Экономическая модель играет важную роль в оценке эффективности таких решений. Например, системы видеоаналитики позволяют контролировать дорожное движение, управлять платными городскими парковками и фиксировать нарушения.

Такие решения могут приносить бюджету города существенные доходы за счёт штрафов и оптимизации транспортных потоков. Поэтому в ряде случаев системы «Умного города» — это не только расходы на безопасность и инфраструктуру, но и инструмент, который может частично монетизироваться и приносить экономический эффект.

Внедрение систем видеонаблюдения с видеоаналитикой позволяет существенно сократить время реагирования на происшествия, преступления и чрезвычайные ситуации.

Такие системы обеспечивают возможность идентификации человека даже по частичным признакам: элементам внешности, фрагментам изображения или неполному автомобильному номеру. Это значительно расширяет инструменты поиска и анализа.

Кроме того, решения «Умного города» повышают уровень координации между службами за счёт работы в едином информационном контуре, что ускоряет обмен данными и принятие решений.

На практике это позволяет сократить время выявления и отслеживания перемещения подозреваемого до 20-30 минут

Реальные кейсы, безопасность данных и сложности при масштабировании

RUБЕЖ: Какие проекты в России вы считаете действительно успешными с точки зрения внедрения? В чём их ключевое отличие от типовых внедрений?

М. Круглов: На мой взгляд, Главной сложностью при внедрении систем «Умного города» является обеспечение информационной безопасности. А не объемные кабельные или пусконаладочные работы как считают многие.

Ведь речь идёт о защите значительного объёма персональных данных, включая информацию о передвижении людей и транспорта, фиксируемую системами.

Данные задачи решаются специализированными организациями в области кибербезопасности, поскольку это отдельное профессиональное направление.

В связи с этим при реализации проектов требуется выстраивание системного взаимодействия с профильными специалистами по кибербезу, а также с государственными и силовыми структурами.

В России уже есть ряд проектов, где системы видеоаналитики и комплексные системы безопасности показали реальный практический эффект. В первую очередь это крупные городские системы видеонаблюдения, которые используются для управления дорожным движением, контроля общественных пространств и оперативного реагирования на инциденты.

Показательным примером являются системы городских парковок. Они способствуют упорядочиванию парковочного пространства, снижению хаотичной парковки и повышению общего уровня комфорта городской среды.

Дополнительно такие системы формируют массив аналитических данных, позволяющий оценивать:

— загрузку парковочных зон

— продолжительность стоянки

— поведенческие сценарии пользователей

Это даёт возможность региональным властям принимать обоснованные решения, одновременно увеличивая доход бюджета за счёт платных сервисов.

RUБЕЖ: Как на практике выстраивается соответствие требованиям по безопасности критической информационной инфраструктуры? Где чаще всего возникают сложности?

М. Круглов: Вопросы соответствия требованиям безопасности критической информационной инфраструктуры действительно находятся на стыке нескольких направлений — слаботочных систем безопасности, пожбезопасность и информационной безопасности. Поэтому такие проекты обычно реализуются в тесной кооперации с компаниями, специализирующимися на кибербезопасности.

Со стороны интеграторов систем безопасности основная задача — правильно встроить физические системы в общую архитектуру защищённой инфраструктуры и обеспечить их корректную интеграцию с ИТ-контуром, предварительно согласовав проектные решение со смежными “безопасниками”

RUБЕЖ: Могли бы вы назвать наиболее критический фактор, который сегодня сдерживает масштабирование решений для «Умного города» в регионах?

М. Круглов: На мой взгляд, основными факторами, сдерживающими развитие системы в регионах, являются организационные и управленческие вопросы.

Во-первых, это недостаточное понимание со стороны технических заказчиков принципов построения подобных систем. Во-вторых, сложности возникают на этапе закупочных процедур, когда проекты пытаются реализовать сразу целиком, без пилотных испытаний и поэтапного развития инфраструктуры.

На практике более эффективной является поэтапная модель. Сначала создаётся специализированный центр обработки данных и базовая инфраструктура, после чего система постепенно масштабируется — подключаются дополнительные объекты, улицы, кварталы и зоны. Такой подход позволяет планировать бюджеты на несколько лет вперёд и сначала закрывать наиболее критические точки безопасности.

Интеграция разрозненных систем и роль ЦОД

RUБЕЖ: Как вы решаете задачу подключения новых систем безопасности к существующей городской инфраструктуре, где уже применяются разрозненные и устаревшие решения? Есть ли у компании универсальная методология?

М. Круглов: Каждый проект в этой сфере по-своему уникален, потому что у разных городов и заказчиков разные требования и разная инфраструктура. Нередко приходится работать с устаревшими системами, установленными много лет назад. В некоторых случаях их приходится полностью заменять, но бывает и так, что заказчик просит сохранить существующее оборудование и интегрировать его с новыми решениями.

Например, не секрет что, системы аналогового видеонаблюдения можно интегрировать с IP-системами через специальные преобразователи или универсальные видеосерверы. Такие задачи решаются программно-аппаратными методами.

Поэтому универсальной методологии интеграции здесь не существует — каждый проект требует индивидуального подхода. Однако общий процесс обычно включает диагностику текущей инфраструктуры, проведение проектно-изыскательных работ, взаимодействие с заказчиком и формирование технического задания.

RUБЕЖ: Вы работаете по модели полного цикла — от проектирования до эксплуатации. На каком этапе эта модель даёт максимальный эффект?

М. Круглов: Модель полного цикла действительно даёт выгоду заказчику. Она позволяет выстроить долгосрочное партнёрство и предложить более гибкую ценовую политику. Для компании это обеспечивает стабильный поток проектов, а для клиента — оптимизацию затрат.

Кроме того, важен технологический аспект. Компания, которая выполняла проектирование системы, лучше понимает её архитектуру, ньюансы, частности и может более эффективно реализовать интеграцию. Команда, которая уже занималась внедрением системы, в дальнейшем качественнее выполняет её обслуживание, потому что знает все особенности и нюансы реализации.

При этом стоит учитывать, что каждый объект имеет свои особенности, поэтому даже похожие проекты могут существенно отличаться.

RUБЕЖ: Вы усиливаете акцент на развитии сегмента ЦОД. Какую роль дата-центры играют в архитектуре «Умного города»? Как меняется архитектура ЦОД под задачи реального времени и предиктивной аналитики?

М. Круглов: Мы действительно усиливаем интерес к сегменту центров обработки данных. Причём не только в контексте умных городов, но и в целом как к отдельному направлению работы.

ЦОД — это крайне насыщенный объект с точки зрения систем безопасности. Для нас такие проекты представляют большой интерес, поэтому мы планируем активно развивать это направление.

Фактически центр обработки данных является «головным мозгом» ИТ-инфраструктуры. Именно здесь сосредоточены системы хранения и обработки информации. Для его функционирования требуется большое количество инженерных и защитных систем: электроснабжение, охлаждение, противопожарная автоматика, системы контроля доступа, видеонаблюдение и охранная сигнализация.

При масштабировании систем «Умного города» задачи центров обработки данных (ЦОД) значительно расширяются. Государственные структуры и крупные корпорации уже закладывают значительные инвестиции на 2026–2028 годы в развитие инфраструктуры ЦОД.

Это связано с экспоненциальным ростом объёмов данных и потребности в вычислительных мощностях. Дополнительным фактором выступает активное внедрение технологий искусственного интеллекта, что требует увеличения ресурсов хранения и обработки информации.

Тренды рынка и практические рекомендации для регионов

RUБЕЖ: Как, по вашему прогнозу, изменится рынок видеоаналитики и комплексных систем безопасности для умных городов в ближайшие 3–5 лет? В какой сфере вы ожидаете наибольший рост?

М. Круглов: Я рискну дать достаточно смелый прогноз. На мой взгляд, в ближайшие годы системы контроля доступа и системы видеоаналитики будут постепенно объединяться в единые комплексные платформы.

Если сегодня на рынке существуют отдельные производители СКУД, видеонаблюдения и других систем безопасности, то в будущем эти направления будут всё чаще интегрироваться в единую экосистему. Это позволит устранить многие сложности, связанные с интеграцией различных систем между собой.

Фактически речь идёт о появлении комплексных платформ безопасности с большим количеством различных конечных устройств, работающих в едином информационном пространстве. В некотором смысле это похоже на развитие систем «умного дома», где разные устройства объединяются общим протоколом и управляются как единая система.

RUБЕЖ: Если регион только начинает путь к «Умному городу», какие три решения или шага вы бы рекомендовали реализовать в первую очередь, чтобы заложить масштабируемую основу и избежать типичных ошибок интеграции?

М. Круглов: Для регионов, начинающих внедрение систем «Умного города», можно выделить три приоритетных шага:

1. Разработка верных критериев выбора подрядчика в сфере безопасности с последующим принятием взвешенного решения. Ключевое значение имеет наличие у исполнителя необходимого опыта и ресурсов.
2. Назначение компетентного технического заказчика со стороны заказчика, способного обеспечить эффективное взаимодействие с исполнителем и контроль проектных решений.
3. Формирование поэтапной дорожной карты проекта — от разработки технического задания и проведения предпроектных изысканий до пилотного внедрения и ввода системы в эксплуатацию.

RUБЕЖ: Можете ли вы вспомнить проект, который сопроводился самым неожиданным препятствием при внедрении решений «Умного города»? Что это было, как вам удалось решить эту сложность? Применяете ли как-то этот опыт в других регионах?

М. Круглов: В ряде проектов существенным ограничением становится организационный фактор.

Например, при реализации инициатив в отдельных регионах возникают сложности, связанные с уровнем готовности к цифровизации и степенью открытости процессов.

В подобных случаях ключевым решением становится поэтапное внедрение и адаптация проекта с учётом локальных особенностей, а также выстраивание диалога со всеми заинтересованными сторонами.